ffickus (ffickus) wrote,
ffickus
ffickus

Categories:

ЭКСПЕДИЦИЯ НА КРАЙ ЗЕМЛИ РУССКОЙ. ОСТРОВ ОНЕКОТАН. Часть 3.

 

ЧАСТЬ 1.   ЧАСТЬ 2.   ЧАСТЬ 3.    ЧАСТЬ 4.

14 СЕНТЯБРЯ, ВТОРНИК    

 

Наша болезнь с долгими сборами заразна. Хотели выйти в 5, вышли после 7-ми. На самом деле Андрей вечером и утром проводил профилактику дизеля. Этот агрегат – основной в движении, паруса помогают при подходящем ветре, но он здесь случается не всегда и в итоге дизель в движении работает если не постоянно, то очень часто.

Взяли курс на юг, чтобы обойти Остров и прийти на заставу Шестакова, осмотреть сие достопримечательное место с наложением на художественное описание из романов Олега Уланова.

В бухте Нигори ржавый большой траулер, выброшенный океаном на вулканический песок, подставляет свой левый ржавый бок  утреннему солнцу, прорывающемуся сквозь поднимающийся в вверх туман.

С самого юго-запада острова, между мысами Буша и Террасным наш друг, Вулкан, открывает нам вид своего широкого, мирно спящего жерла. Как оказалось, позже, это были последние минуты нашего недолгого свидания со стариком Креницыным.

  

Туман, висевший в Шестом Курильском проливе, закрывавший нам вид нижней части влк. Сивергина на о. Харимкотан поглотил нас между м. Террасный и м. Креницына, ближе к последнему. В нулевой видимости мы заскучали и пошли отдыхать, тем более, что без зацепки взгляда за горизонт нас опять начало укачивать разыгравшимся в проливе морем – отвыкли мы от нетвердой палубы Баварии 36. Подремав пару часов, один за другим, путешественники выползли в кокпит. Я поднялся, когда мы подходили к м. Ангиби. Вулкан надежно спрятался за темно-серыми облаками, не желая больше нас видеть. Лишь изредка угадывалась линия северного склона, словно указатель нам дороги домой.

Охотоморский берег южной части Острова в основном представляет собой крутой спуск, а кое-где обрыв с нижней части хребта Медного, а затем Кольцевого прямо в море. Он испещрен мелкими ручьями, которые нередко отдаются морю красивыми оконечными водопадами.

Подходим к рейду Шестакова. На берегу становятся видны постройки.

Вскоре видим людей, выбежавших на берег посмотреть на яхту. Во как! Мы считали Остров необитаемым!

Встаем на якорь чуть севернее впадения р. Фонтанки в 200 метрах от берега, ближе к гасящей волнение морской капусте. Выбрались на берег двумя ходками на тузике. Пошли к заставе. В самом устье реки наряду с огромными корабельными сетями и снастями, оставленными здесь в былые годы, лежит свежая свежая рыбацкая сеть, которой перегораживается речка при заходе лосося… Переходим Фонтанку, видим чуть выше, в пойме, работает минитрактор и три человека. От бани, стоявшей там, уже и следа не осталось. Мимо вертолетной площадки поднимаемся наверх – там вовсю кипит деятельность. На улице, рядом со спортплощадкой греются два бидона с водой. Из основного здания идут звуки строительства. Подходим.

Появляются два молодых парня, за ними видны кувалда и  огромный электрический молоток. Здороваемся, спрашиваем чего-как:

- Сносим, - говорят

- Что будет, - мы

- Чистая поляна

- А чего так?

- Сказали: «Так надо!», прилетают, проверяют иногда, на прошлой неделе были! – выдают заряд информации с недосказанностью

- А откуда сами?

- Из Петропавловска.

Стоят в дверях, особо разговаривать не хотят, проситься посмотреть на то, что осталось, неудобно, да и не хочется разочаровываться, увидев историю исправленную кистью современности в подготовке к разрушению. Желаем удачи, идем дальше. На встречу выходит бригадир, которого, видимо, спешно позвали:

- С яхты? – спрашивает

- Да, гости.

- Гости бывают разные…

Разговор вяжется плохо. Но бригадир называет проводимое на заставе действо «рекультивацией», заставляя нас соображать, вороша скудную информацию….

Среднего строения между главным зданием и тем, что стоит перпендикулярно им, т.е. короткой частью буквы Г, торцом к морю уже нет. Вместо него ровная земляная площадка и несколько куч материалов: дерево на сжигание, металл на вывоз….

    

Проходим к берегу. Там два здания уже сожгли, видимо, для ускорения «рекультивации». По нашим предположениям, в одном была мастерская, в другом котельная. На заправке пахнет соляркой до сих пор, а может рекультиваторы заправляют здесь свой трактор.

Четко просматриваются 8 траншей со времен II Мировой, по которым японцы затаскивали вверх свои торпедные катера. Огромные емкости для горючего и воды до сих пор целы. Вдалеке, на сопке справа просматривается тропа в сторону мыса Субботина, на котором «Мэри наблюдала каланов» в романе Олега Уланова. Вышки нет, вероятно, она была на возвышении, за основным зданиями заставы. Разделяемся, трое идут на холм, Василич бродит по заставе, щелкая артефакты, я спускаюсь к морю, хочется подумать, наблюдая прибой. На горизонте одиноко покачивается наша яхта Seawing, хорошая волна набрасывает и смывает обратно в море песок и лоскутки капусты, словно в ход мыслям напоминает о всем преходящем в нашем мире

  

Затем вместе с Василичем исследуем прожектор диаметром около 2,5 метров на прицепе, оставленный посреди заставы, вероятно прямо на том месте, с которого на многие километры он пробивал темноту охотоморья. Мощность сего девайса узнать не удалось, но кабели, ведущие к нему впечатлили.

  

Время поджимает. Отнятые 2 дня ожиданием яхты в бухте Муссель начинают сказываться. На рейд мы хотели отвести два дня, получилось два часа.

Анатолич привносит свою лепту к отчету – старая фотография, попавшаяся под ногами запечатлела пограничников под стандартным лозунгом тех времен:

  

Быть может кто-то увидит себя или друзей на этом потускневшем фото….

Идем к месту высадки. Чувства нахлынули смешанные: с одной стороны, некоторое разочарование и грусть – думали, что одни на Острове и предполагали интересную «экскурсию» в советское прошлое по заставе, а оказалось, что нашелся хозяин этих мест, а с другой стороны, если мы видели действительно рекультивацию, то это не может не радовать -  Остров, во всяком случае западная его часть приобретет скоро первозданный вид.

Но в глубине души есть сомнения – это может  быть или подготовкой к чему-то, или просто обычным отмывом денег – потратили миллион, отчитались за десять. Надо будет выяснить по нашим Сахалиским и Камчатским каналам неофициальную, а реальную версию происходящего. Я бы прикупил пару акций ООО «Онекотан Тревелз ту хидден голд лтд».

Грузимся на яхту в усиливающемся на море волнении, идем дальше на север в бухту Немо. Там планируем ночевку на яхте и затем пол дня исследований древних стоянок айнов.

В 20-00 подходим к бухте Немо. Ветер, который по прогнозу должен было поменяться на южный и не чувствоваться здесь, под прикрытием мыса Немо, а особенно рядом с устьем впадающей речушки резво задувал с С-З, принося очень неприятную волну и не давал провести высадку. Ночевать в такой расколбас не решились. Вариант зайти за м. Кимберлей и г. Петру не проходил по причине незнания местной лоции и темного времени суток. Решили идти от Острова в сторону Парамушира.

Через полчаса я вылез из каюты на палубу попрощаться с «Островом МЕЧТЫ», к которому я шел 5 лет и оставившему в моей памяти неизгладимый след с переплетением множества ярких впечатлений. Он был такой же таинственный, как и 8 дней назад, когда мы только впервые приближались к нему, опять, выставив перед нами своего постового Немо, прятался за его широкими плечами, но только теперь он был НАШ!

«Прощай, Онекотан, живи и радуй путешественников!»


15 СЕНТЯБРЯ, СРЕДА

 

Ночка была та еще. Я не говорю про Андрея и Сашу, которые вахтовали в такую качку и ветер, даже мы, кто пытался мирно спать в ночь с креном и то испытали все прелести свежей погоды в Охотском море. Находясь в задних каютах Seawind по двое, тот, кто лежал слева, постоянно сваливался на соседа справа – я на Анатолича, Василич на Ярулаича. При этом, когда крен был постоянным, удавалось как-то прилипнуть к поверхности, находя интересные позы и используя конечности, как упоры, однако, в порывы, когда крен на мгновение усиливался и волна захлестывала на правый борт, нас просто катапультировало на соседа. А после этого с соседа надо было еще слезть, опираясь на него (больше не на что) коленями, локтями, говоря при этом добрые слова и в ответ, выслушивая другие добрые слова….

Как оказалось по факту таковой была только половина ночи – при прохождении Пятого и Четрвертого Курильских проливов. После того, как яхта спряталась от С-З ветра на юго-восточной подветренной стороне Парамушира, крен уменьшился и стал постоянным, что позволило добрать несколько неплохих часов сна. Завернув во Второй Курильский пролив мы в 12-30 бросили якорь в затишке за м. Крепкий около С-К, где стояли 9 дней назад.

Андрей и Саша позвонили друзьям и заказали им немного продуктов – хлеб, сладости, тушенку и гребешок.

Пока ждали продукты, наш кормилец Анатолич поймал пару красных терпугов, я, ради солидарности, помог добыть к столу еще одного красного красавца и Саша очень оперативно сварил уху из двух крупных рыбин, оставив одну поменьше на приманку в краболовку. Нам отзвонились из С-К, Андрей запросил разрешение зайти в порт и, после получения такового, мы заскочили и забрали продукты.

Жадно набросились на свежий и очень вкусный северокурильский хлеб.

  

Порт С-К оставил противоречивые впечатления – вроде, новые постройки, цеха переработки и заморозки, работы над молом, и тут же отсутствие ДОКа (разобрали) и огромное количество брошенных в советское время ржавых посудин разной величины, вызывающих уныние своим безнадежным видом.

Предпринятая нами вылазка в пролив Алаид, чтобы посмотреть на о. Атласова и сам вулкан Алаид была непродолжительной – мы поняли, что он нам полностью не откроется, довольствовались фотографиями издали этого могучего красавца, тем более, что встречный 40-ка узловой ветер настойчиво требовал нашего поворота домой, что мы и сделали.

Яхта встала в галфвинд, Андрей заглушил мотор и занялся установкой парусов, а мы с Анатоличем с удовольствием наблюдали за его четкой работой и слушали завывание вант на 40 узлах свежего ветра. Андрей бодро раскрутил на полную геную, временно закрепив шкот на лебедке – яхта встяла в крен так, что нам с Анатоличем пришлось упереться ногами в противоположный рундук в кокпите. Андрей, не замечая нашего напряжения, полностью поставил грот, лихо орудуя его лебедкой и протравив тали, чтобы парус не работал. Затем, резко выбрав тали и, заставив грот заработать, он, положив яхту еще градусов на 20, наконец, увидел наши позеленевшие лица. Мы, конечно, доверяли нашему капитану, но крены за 45 были пока еще выше нашего понимания – Андрей сжалился, видимо, над нами, зарифовал грот, точнее уменьшил его площадь, вкрутив в грот-мачту. Затем он занялся тонкой настройкой парусов – мы вздохнули с облегчением.

  

Вскоре, колдунчики на парусах в четком бакштаге заработали, яхта встала в хороший, но постоянный крен и устремилась на север вдоль западного побережья острова Шумшу. Хорошая, набегающая сзади по диагонали волна и свежий ветер, в порывах превышающий 45 узлов вбрасывали в кровь небольшие дозы адреналина.

  

Андрей, еще раз окинув взглядом свою работу, довольный спустился в каюту, а мы с Анатоличем остались в кокпите в экстазе от хорошего хода под поющими парусами, любуясь красивыми берегами и предштормовым морем.

  

Сзади, вместе с красным диском заходящего солнца, нас провожал красавец вулкан Аллаид.

  

После поворота за м. Курбатова в Первый Курильский пролив, ветер стал попутным и начал стихать. Мы с Анатоличем улеглись уже «без крена», а вскоре, на левом повороте за м. Лопатка яхта зашла в ветровую тень Камчатки и на вахте завели мотор, который потащил нас свои уверенные 5,5 узла в сторону бухты Вилючинской, где мы хотели порыбачить и поставить краболовки.

  

 ЧАСТЬ 1.   ЧАСТЬ 2.   ЧАСТЬ 3.   ЧАСТЬ 4.

Tags: Кольцевое, Креницына, Курилы, Муссель, Онекотан, Шестакова, путешествие, экспедиция
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments